Фотолента поста - Самые известные пираты "Золотого века пиратства"

Автор: curcha, 06.06.2016 - 08:51

Пиратство появилось в результате и было уменьшенным отражением конфликтов по вопросам торговли и колонизации среди конкурирующих европейских держав той эпохи, включая империи Великобритании, Испании, Нидерландов, Португалии и Франции. Большинство пиратов имело английское, голландское и французское происхождение.

Расскажу немного о тех кем мы увлекались читая в книгах и смотрели в кино, настоящих пиратах.

30 картинок via piraty.pp.ua


Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Чёрная Борода
Черная Борода – такое прозвище получил знаменитый пират Эдвард Тич (настоящее имя и фамилия Эдвард Драммонд), действовал он в Карибском море в период 1716-1718 года. Среди историков бытует мнение, что до того как стать разбойником, Черная Борода преподавал в британском флоте, обучал морскому делу, об этом может свидетельствовать его незамысловатая фамилия Тич (что в переводе с английского означает «учить»).
Родился Эдвард Тич в 1680 году предположительно в Лондоне. Его детство счастливым не назовёшь, был он сиротой. Но уже в 12 лет стал юной на одном из военных британских кораблей Его Величества (был это 1692 год). Научился, видать, он многому, так как уже в 1716 году стал пиратом под управлением Бенджамина Хорниголда (так же английский пират, действовал в период 1715-1719 годов) и за очень короткий промежуток времени сыскал славу грозного и жесткого пирата!

Именно эта слава и помогла ему захватить необычайно большой (как для пирата) корабль «Конкорд» или же Месть королевы Анны, как Черная Борода его переназвал после захвата.



Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Черная Борода был жестким, но не жестоким, как многие привыкли его считать. Он больше полагался на свою грозную репутацию и брал по большей части страхом. Опять же, захват корабля «Месть королевы Анны» является тому примером: команда корабля сдалась без единого выстрела, так как уже была наслышана о «подвигах» этого пирата. После захвата Тич не убил ни единого пленника, а лишь оставил их на острове и в придачу дал шлюпку, с помощью которой пленники быстро могли добраться до поселений (Карибское море кишит жилыми островами). Он был умным и справедливым, на его корабле не было показательных убийств и пыток.
Однако местным властям он порядком надоел, постоянный грабёж начал приносить много хлопот (не мудрено). Да и память о недавней блокаде Чарльстона осталась ещё жива (Тич тогда получил выкуп и пошел к королю на помилование, а после прощения ушел обратно в море). Тогда губернатор снарядил группу для поимки Черной Бороды и 22 ноября 1718 года приказ был выполнен – Эдвард Тич пал в пылу сражения. По словам очевидцев того времени, Черная Борода, защищаясь, убил чуть ли не половину своих противников.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Джон Рэкхем, он же – Калико Джек (21 декабря 1682 –18 ноября 1720) – авторитетный пират, который стал знаменит благодаря нескольким своим примечательным деяниям.
Прежде всего, Рэкхем осмелился бросить вызов капитану Чарльзу Вейну, известному своей беспримерной жестокостью. Кроме того, он был связан особыми отношениями с двумя легендарными женщинами‑пиратами своего времени – Энн Бонни и Мэри Рид. Обе они – в нарушение всех обычаев – служили у него на корабле, причем Энн Бонни была отнята Рэкхемом у супруга. Вдобавок Рэкхем изобрел пиратский флаг собственного дизайна, который впоследствии получил невероятное распространение. Ну и наконец стоит сказать о том, что хоть Рэкхем пиратствовал и недолго, но захватил добычи примерно на $ 1,5 миллиона, что и позволило ему войти в «золотую двадцатку» пиратов. Джон Рэкхем по прозвищу Ситцевый Джек (он получил его за свое пристрастие к ситцевым одеяниям) впервые упоминается в истории в качестве квартирмейстера на судне ужасного Чарльза Вейна. По всей видимости, Рэкхем попал к Вейну, когда пиратская эскадра оставила остров Нью‑Провиденс.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Вейн предпочитал пиратствовать, мирная жизнь была не по нем. Впрочем, сам Рэкхем тоже всегда мечтал о судьбе грабителя морей. Мгновенно завоевав доверие самого Вейна и найдя общий язык с командой, Джон Рэкхем вскоре был назначен квартирмейстером. В его обязанности входило соблюдать интересы команды и помогать капитану управлять эскадрой. Как он обнаружил впоследствии, Чарльз Вейн не только страшно издевался над пленниками, но еще и постоянно обирал свою собственную команду. Причем капитан пиратов предпочитал атаковать лишь в том случае, если был абсолютно уверен в победе. Это очень не нравилось команде.
Последней каплей стало намеренное нежелание Вейна нападать на богатый французский корабль. Команда взбунтовалась и выбрала новым капитаном Джона Рэкхема.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Случилось это на исходе осени 1718 года.

В немалой степени на их решение повлияла безусловная принципиальность Ситцевого Джека. Уличив Чарльза Вейна в намерении присвоить его долю добычи (речь, кстати, шла о спиртном), Рэкхем, понимая, что наживает смертельного врага, тем не менее, отказался повиноваться. Команда это хорошо запомнила! И когда Вейна насильно сместили, колебаний по поводу того, кто его заменит на капитанском мостике, у пиратов не было.
В результате Рэкхем, командовавший «Кингстоном», одним из кораблей Вейна, в один миг стал возглавлять всю эскадру. В сущности, именно с этого момента и начинается его самостоятельная карьера корсара. Начало ее едва ли можно счесть удачным. На первой же стоянке поредевшая пиратская эскадра была захвачена врасплох двумя военными шлюпами. Пираты были поголовно схвачены и доставлены на Нью‑Провиденс к губернатору Вудзу Роджерсу.
Пиратам было предложено покаяться и получить королевское прощение. В дальнейшем они обязались никогда не выходить в море с дурными помыслами. Со стороны Рэкхема и большинства других пиратов этот шаг был, конечно же, вынужденным. В противном случае их ожидал суд, а потом – виселица. Выбирать не приходилось. Какое‑то время Джон Рэкхем размышлял о том, как же ему быть дальше. Ему ужасно хотелось опять быть капитаном пиратов, ведь, в сущности, у него не было даже реальной возможности в полной мере ощутить каково же это – управлять целой эскадрой! Но тут произошла его встреча с четой Боннеев (Бонни), пользовавшейся достаточно сомнительной известностью. С Джеймсом Боннеем у Рэкхема, в принципе, не было никаких дел. Зато супругой его, Энн Бонни, он увлекся не на шутку! А Энн, в свою очередь, страстно увлеклась Рэкхемом. Они замыслили убежать вдвоем с острова. Однако не просто убежать, а покинуть остров, как подобает настоящим пиратам! Рэкхем собрал свою прежнюю команду (тех из них, кто по‑прежнему желал жить пиратской жизнью), и они похитили шлюп, бросивший якорь в гавани. Поскольку была ночь, их никто не заметил. На шлюпе были мгновенно подняты паруса, и пираты вновь оказались в своей стихии.

Флаг Джона Рэкхема

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Шел к концу 1719 год.
Курс был взят на Бермудские острова.
Как оказалось, Энн Бонни была не единственной женщиной на судне. Кроме нее, на борту оказалась и Мэри Рид, не мыслившая своей жизни без пиратских рейдов. Некоторые историки отмечают, что такое вопиющее нарушение морских обычаев произошло лишь потому, что воспользоваться этими дамочками мог практически любой член команды. Однако развитие событий продемонстрировало, что обе женщины в бою вели себя ничуть не хуже мужчин‑пиратов, а своей кровожадностью даже превосходили их!
Они употребляли ром в непомерных количествах и жутко сквернословили – к шумному одобрению всей пиратской компании. Кроме того, от них так чудовищно разило потом, что подчас не выдерживали даже мужчины, предпочитавшие держаться подальше.
Вот в такой веселой атмосфере и продолжался рейд пиратов. Рэкхем не ставил перед собой нереальных задач. Трезво оценивая возможности похищенного шлюпа и тоскуя по своему прежнему «Кингстону», он понимал, что о захвате крупного судна им мечтать, скорее всего, не приходится. Он начал методично грабить небольшие суда, встречавшиеся на мелководье. Классической добычей того времени были рыбацкие суда – по крайней мере у команды Рэкхема теперь не было проблем с продовольствием. В меню всегда присутствовала свежая рыба. Иногда пираты, курсировавшие прямо у северного побережья Ямайки, совершали набеги на сушу, терроризируя жилища рыбаков и насилуя местных женщин. Они не брезговали захватывать сети со свежим уловом. Одним словом, пытались выживать в надежде на удачу.
В начале ноября 1720 года Рэкхему встретился в море незнакомый шлюп, отчасти походивший на его собственный. На борту находилось всего лишь девять мужчин, вооруженных мушкетами и саблями. Дело происходило у западной оконечности острова, возле Пойнт‑Негрил. Рэкхем решил приблизиться. При виде маневра его судна, шлюп направился прямо к берегу и бросил якорь. Сразу же после этого с него сошли на берег восемь человек; один остался на борту. Рэкхем, приблизившись, поинтересовался, кто они такие. Те отвечали, что они – англичане. Рэкхемом им было предложено подняться на палубу его судна, отведать пунша, а заодно поговорить о возможностях совместной охоты. Незнакомцы с готовностью приняли приглашение – как выяснилось позднее, на свою беду!

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Дело в том, что, поскольку нападения и набеги пиратов Рэкхема продолжались, и даже более того, он начал задирать уже более крупные суда (в частности, были захвачены два шлюпа), жители побережья стали жаловаться. И, несмотря на то что особенно значительной добычи пиратам захватить не удалось, террор, который они учинили на побережье, в итоге не укрылся от внимания властей.
Губернатору Николасу Лоэсу было доложено, что в его владениях нагло бесчинствуют пираты, причем даже осмеливаясь высаживаться прямо на берег! Губернатор был человеком суровым и любящим порядок. Кроме того, он являлся человеком действия. Он приказал немедленно снарядить военный шлюп и отправить его на захват пиратов, благо плыть было совсем недалеко.
Капитаном шлюпа был назначен Джонатан Барнет.
Барнету без особого труда удалось напасть на след флотилии Рэкхема. Когда судно пиратов проплывало мимо бухты Очо, там, прямо на берегу, находился рыбак со своей лодкой. Моментально узнав пиратов, он выждал, пока они достаточно отдалились, и, спустив лодку на воду, поплыл, чтобы доложить властям. Вскоре он встретился с шлюпом Барнета и рассказал, что видел шлюп Рэкхема. Барнету потребовалось лишь обогнуть остров наполовину, и оба суденышка стали перед ним как на ладони!
Сопротивляться военному кораблю пираты, конечно же, не пытались. Все они, включая Рэкхема, были немедленно арестованы и доставлены на Ямайку. Девять незнакомцев, застигнутые военными на борту судна пиратов, были также задержаны вместе со своим шлюпом, хотя они клялись и божились, что просто заглянули на пуншевую вечеринку.
Суд, состоявшийся в городке Ст. – Яго‑де‑ла‑Вега (Испанский Город), был на редкость скорым (все было окончено буквально за один день!). Рэкхем и почти все члены его команды были приговорены к казни через повешение. Суд был извещен о том, что ранее Рэкхему и его пиратам уже было даровано королевское прощение, что означало для них полный запрет на грабежи в море. Нарушив главное условие своего помилования, пираты тем самым подписали себе смертный приговор.
Их всех (кроме женщин, оказавшихся в положении, для которых казнь, впрочем, была лишь отсрочена) переправили в Порт‑Ройял. По странной иронии судьбы, Джону Рэкхему пришлось дожидаться казни в соседней камере с Чарльзом Вейном, который также ожидал своей участи. Только вот в случае с Вейном исполнение приговора почему‑то затянулось на целый год; он все еще находился в ожидании, когда 18 ноября 1720 года Джон Рэкхем, некогда его квартирмейстер, был повешен. После смерти тело Рэкхема подвесили в клетке и установили на видном месте с целью преподать хороший урок тем, кто имел неосторожность мечтать о том, чтобы стать пиратом.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Чарльз Вейн (1680 – 29 марта 1721 г.) – британский пират, прославившийся своими рейдами в Карибском море и в Атлантике. За ним закрепилась печальная слава самого жестокого и бессердечного из пиратов. Вейн, как правило, не питал и тени сострадания ни к пленникам, ни к захваченным судам. Он мог пообещать сохранить жизнь и в следующую же минуту с наслаждением нарушить свое же собственное обещание! Самое же удивительное – он ни во что не ставил даже пиратов, ходивших под его началом! Вейн постоянно норовил их обмануть, сильно занижая их долю добычи и присваивая себе почти все. Невероятно, но его смерть была угодна всем – и власти, и пираты были очень даже не прочь, чтобы его вздернули на виселице.
Начало службы на море для Вейна состоялось на борту капера «Лорд Арчибальд Хэмилтон». Правда, на него очень давили рамки профессии, которые накладывала государственная лицензия, позволявшая останавливать лишь определенные корабли, а не те, что нравятся. И тут Вейну подвернулось отличное поприще для реализации своих талантов. У побережья Флориды вследствие частых штормов нередко терпели крушение испанские галеоны с серебром и золотом.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Чарльз Вейн
Однажды на дно пошел целый казначейский флот Испании, следовавший из Портобелло. Губернатор Гаваны отрядил специальные спасательные корабли, для того чтобы можно было переместить на их борт хотя бы часть затонувшего драгоценного груза. Вейну с прочими ямайскими рейдерами, которыми руководил Генри Дженнингс (пират, к которому благоволили официальные власти Ямайки), оставалось лишь дождаться окончания работ по подъему золотых или серебряных слитков, а потом неожиданно напасть, чтобы присвоить себе все результаты труда спасателей. Всего рейдерская флотилия насчитывала три корабля; общая численность команды достигала трехсот человек. С такими силами они могли претендовать на многое, и результаты охоты их не разочаровали. Отобранное у спасателей серебро Генри Дженнингс виртуозно реализовывал через аукционы, используя свои связи в правительстве. Выручив немалые деньги, он решил на время взять передышку, скрывшись от возможного преследования на Багамах, на острове Нью‑Провиденс. Там и впрямь было спокойно. В дальнейшем, когда Вейн действовал уже сугубо самостоятельно, Нью‑Провиденс по‑прежнему оставался его надежной базой.
Очень скоро Вейн пожелал охотиться за поживой в одиночку и проявил себя во всей красе, нападая и на суше, и на море. 1716 год в итоге оказался для него просто невероятно удачным.

Вейн почти сразу же почувствовал вкус к частой смене своих флагманских кораблей без особой на то необходимости: так, одно время он плавал на барбадосском шлюпе, но, даже не раздумывая, перебрался на 12‑пушечную бригантину, которую сам назвал «Рейнджер» – стоило только ему взять ее на абордаж.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Кстати, уже тогда проявилась его невероятная жестокость к людям. Губернатору Бермудских островов неоднократно поступали рапорты, в красках расписывавшие, каким издевательствам подвергал Вейн несчастных моряков, трудившихся над подъемом грузов со дна и волею судьбы угодивших к нему в лапы.
Слухи о его чудовищных выходках и преступлениях заставили снарядить специальный фрегат «Феникс», отличавшийся не только потрясающей маневренностью, но и значительной огневой мощью. Этот фрегат частенько бросали на поимку того или иного пирата, слишком назойливо заявлявшего о себе. На сей раз им управлял капитан Винсент Пирс, опытный капитан и искусный охотник на пиратов. В феврале 1718 года Пирсу удалось, образно говоря, загнать Чарльза Вейна, располагавшего на тот момент уже целой эскадрой, в угол. «Фениксу» капитана Пирса пиратская эскадра была не страшна, и он быстро доказал, на чьей стороне сила и власть. Когда к Винсенту Пирсу привели закованного в кандалы Вейна, он предложил ему покаяться в грехах и отказаться в дальнейшем от пиратских действий. Это предложение явилось следствием оглашения королевского указа, которым даровалось высочайшее помилование всем пиратам, которые признают свою вину и будут готовы завязать со своим преступным прошлым. Вейн, конечно же, тотчас смекнул, что признание сулит ему скорую свободу, и легко пошел на сотрудничество. В итоге все вышло для него как нельзя лучше; он даже сохранил почти всю свою эскадру, за исключением брига «Жаворонок», который был реквизирован.
Оказавшись на воле, Чарльз Вейн не предпринимал никаких действий ровно столько времени, сколько потребовалось для того, чтобы «Феникс» Винсента Пирса исчез из глаз. Как только это произошло, Вейн мигом позабыл о данных совсем недавно клятвах и пустился во все тяжкие!

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Август 1718 года был отмечен приходом к власти нового губернатора Багам Вудза Роджерса. Он прибыл в сопровождении двух прекрасно вооруженных военных кораблей. Вудз был известен всему свету как непримиримый враг пиратов. Прослышав о том, что к власти пришел именно Вудз, немало корсаров, промышлявших в этом регионе, крепко призадумались, а потом, скрепя сердце, решили все‑таки пойти на попятную и испросить для себя королевское прощение. Чарльзу Вейну тоже рекомендовали поступить подобным образом, однако он еще не успел насладиться недавно захваченной французской каравеллой, а уж о том, чтобы расстаться с добычей, и слышать не хотел!
Однако намерения нового губернатора были очевидны: пиратов, отказавшихся прийти с повинной, ожидали беспощадное преследование и неминуемая смерть. Вейн, решив не искушать судьбу понапрасну, вознамерился дать деру, полагаясь на быстроходные качества своего «Рейнджера». Чтобы скрыть свои истинные намерения, Вейн поджег каравеллу и направил ее (уже без команды!) прямо на королевские корабли, заблокировав на время их движение. Сам же Вейн, минуя на «Рейнджере» фрегат губернатора, внезапно… обстрелял его из всех своих шести орудий, пообещав скоро вернуться и расправиться с ним!!! Пока на фрегатах приходили в себя от беспрецедентной акции, Вейн на огромной скорости покинул Нью‑Провиденс. Ему крепко повезло: корабли Вудза Роджерса его не настигли. А немного погодя Вейну еще раз улыбнулась судьба: он сумел счастливо избежать преследования британской военной эскадры! И при этом Вейну удалось сохранить практически все награбленное добро.
Он решил двинуться в северном направлении.
Что это ему давало?
Во‑первых, чувство (пусть даже отчасти иллюзорное) своей удаленности от Вудза Роджерса. А кроме того, новые моря – новая добыча!

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Вскоре Чарльз Вейн захватил шлюп, присоединив его к своей эскадре. Командовать им он поставил пирата Йитса. У него вновь было три корабля. На недостаток личного состава тоже нельзя было пожаловаться: экипаж был изрядный! Перед такой силой легко пасовало любое судно. А этого Вейну и хотелось! Он неистово грабил корабли, измывался и губил попавших в плен моряков, стремился нажиться на чем угодно. Тот факт, что ему удалось ускользнуть буквально из‑под носа губернатора, вселял в него, увы, обманчивую уверенность в своей неуязвимости. Число захваченных Вейном кораблей росло, жертвы множились. Губернатор понял, что если немедленно не предпринять карательных действий, то потом Вейн может настолько упрочить свои силы, что вообще может оказаться ему не по зубам. Был призван опытный охотник за пиратами – полковник Уильям Ретт. Ему было поручено найти Вейна и уничтожить со всей его эскадрой.
Пока губернатор замышлял его гибель, Чарльз Вейн, чье честолюбие росло с каждым новым захваченным кораблем, решил бросить вызов легендарному Эдварду «Черной Бороде» Тичу. Он был уверен, что сможет заполучить больше ценной добычи, нежели его авторитетный коллега по ремеслу. С целью пущего увеличения своего баланса, Вейн направился к побережью Южной Каролины, чтобы нападать на корабли, идущие в Чарлстон и обратно. Удача благоволила к Вейну, и он почти сразу сумел захватить два крупных и богато груженных корабля. Поскольку у Вейна уже вошло в привычку присваивать себе куда более значительную долю добычи, чем ему как капитану полагалось, он не менял своей тактики, постепенно теряя чувство меры. Йитс, не так давно ставший капитаном отдельного корабля, претендовал на соответствующую долю. А Вейн и не думал делиться по справедливости. Конфликта, причем серьезного, избежать не удалось, поскольку оба были непреклонны. А тут еще Вейн приказал Йитсу пропустить несколько кораблей, возможно, с неплохой добычей на борту. Это окончательно доконало Йитса. Мало того что его доля урезана, так теперь и верного заработка приходится лишаться! Йитс дождался ночи, прихватил из пиратской казны все, что, по его мнению, Вейн ему задолжал, включая плату за моральный ущерб. После этого он потихоньку поднял паруса и поплыл прочь от места стоянки эскадры. Наутро Вейн обнаружил пропажу и рассвирепел! Он тотчас же забыл о состязании с Черной Бородой и кинулся в погоню. Погоня получилась любопытная: Йитса Вейн не догнал, но сумел взять на абордаж два корабля с ценным грузом.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Шел уже сентябрь 1718 года. Была предпринята еще одна попытка захватить Вейна. Несколько военных кораблей с опытной и хорошо обученной командой охотились на него какое‑то время, но неудачно. На исходе сентября Вейн, чувствуя, что начинает пахнуть жареным, решил сместиться к острову Абако на Багамах. При нем была его колоссальная сокровищница. Путь его эскадры лежал мимо острова Окракоке (Северная Каролина). Там в октябре 1718 года состоялась долгожданная и поистине историческая встреча двух знаменитых пиратов своего времени: Чарльза Вейна и Эдварда «Черной Бороды» Тича. Черная Борода, узнав от Вейна о том, что тот вознамерился с ним потягаться объемом завоеванного, пришел в превосходное расположение духа и долго смеялся – без обиды для своего коллеги. Вообще, надо сказать, Черная Борода оказался единственным человеком, которому Вейн действительно пришелся по душе. В свою очередь, и Вейн был в восторге от Эдварда Тича. На радостях корсары решили отметить памятное событие; их вечеринка растянулась чуть ли не на неделю. Сколько всего было выпито и съедено, и вообразить было нельзя! Вслед за этим Тич и Вейн расстались – условившись непременно встретиться вновь. Вейн дал приказ плыть к Нью‑Йорку. Между тем на кораблях его эскадры зрело недовольство. Вейн был необузданно жесток, алчен, постоянно обкрадывал своих. Рассчитывать на популярность с такими качествами не приходится. В сущности, команда лишь выжидала подходящего случая, чтобы сместить Вейна с поста капитана. Однако он очень скоро им представился. Эскадра пиратов под руководством Вейна предприняла атаку на крупный французский корабль в Наветренном проливе (между Кубой и Гаити). Атака не увенчалась успехом, и команда с готовностью обвинила своего капитана в служебном несоответствии. Вейн был вынужден сложить с себя полномочия. Новым капитаном команда сделала квартирмейстера Вейна Джека Каллико Рэкхема. Попутно заметим, что Вейн был со своим кварбражничают на острове тирмейстером в ссоре.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Причиной стало опять‑таки стремление Вейна загрести больше, чем ему причитается. Когда на исходе февраля (или в начале марта) пиратам достался лондонский шлюп «Кингстон», Вейн назначил его капитаном Рэкхема. На борту «Кингстона» был обнаружен приличный запас спиртного. Вейн настаивал, чтобы большая его часть была отдана ему. Рэкхем заявил, что это уж точно никуда не годится, и отказал Вейну. Не будь Рэкхем квартирмейстером, ему бы точно не сносить своей головы. А так Вейну пришлось смириться; с этого момента пираты еле терпели друг друга. То, что пираты предпочли Рэкхема ему, обидело Вейна даже больше, нежели насильственное смещение с должности капитана.
Вейн выбрал для себя самый скромный шлюп своей эскадры и перешел на него. За ним последовали Роберт Дил и еще 15 человек команды. Направив шлюп в южном направлении, Вейн заметил своим верным последователям, что все только к лучшему. Судьба предоставила им шанс избавиться от негодного балласта. Они же скоро захватят суда, превосходящие любой из кораблей его прежней эскадры! Впереди их ждет лишь богатство и слава!
Команда поверила капитану Вейну. Словно по заказу, тут же подвернулись несколько торговых кораблей, позволившие пиратам здорово поживиться содержимым своих трюмов. Казалось, что пророчества Вейна уже начинают сбываться. Вейн быстро набирал очки, будучи уверен, что очень скоро будет руководить новой эскадрой, которой прежняя и в подметки не годилась.
И тут случилось непредвиденное.
В феврале 1719 года мини‑эскадра Вейна угодила в страшный шторм. Стихия разметала корабли Вейна и Роберта Дила. Шлюп Вейна был не готов к подобным испытаниям и затонул вместе со всей добычей. Спастись удалость лишь одному Чарльзу Вейну. Волны вынесли его на берег необитаемого островка в Гондурасском заливе. Делать теперь было нечего. Оставалось лишь валяться на песке, питая надежду на случайное появление корабля.
Корабль появился, но… им управлял капитан Холфорд, бывший пират, вставший на путь исправления. Он прекрасно знал Чарльза Вейна и ненавидел его. Холфорд даже откровенно признался островитянину поневоле, что стоит только Чарльзу Вейну позволить оказаться на палубе, как он тут же пробьет молотком капитану голову, а команду убедит сделаться пиратами! Сделав это признание, Холфорд отбыл восвояси.
Через некоторое время Вейн заметил, что к берегу направляется еще один корабль. Надежда спастись воспряла в нем с новой силой. Никто из команды не признал в изможденном мужчине в лохмотьях знаменитого Чарльза Вейна, одно имя которого уже наводило ужас. Его приняли на борт, предложив за кров и стол поработать палубным матросом. Вейн с готовностью согласился.
Казалось, фортуна вновь на стороне Вейна!
Однако тут происходит еще более невероятный случай…
Корабль, на котором замывал палубу Чарльз Вейн, встретился в море с судном капитана Холфорда, которого любезно пригласили на борт отобедать. Сидя за столом, Холфорд невольно обратил внимание на матроса, драившего палубу, мгновенно узнав в нем Вейна! Холфорд сообщил капитану, кого тот приютил на борту. Вейн был тут же схвачен и связан. Поскольку капитан смертельно боялся пирата, даже связанного с ног до головы, Холфорд предложил свои услуги, каковые были с огромной благодарностью приняты. Вейна перетащили на борт корабля, принадлежавшего капитану Холфорду, и надежно заперли в отдельной каюте.

Черная Борода и Чарльз Вейн бражничают на острове

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

После этого Холфорд доставил своего пленника на Ямайку. Состоялся суд, который 22 марта 1720 года вынес смертный приговор. Однако же в исполнение этот приговор был приведен лишь 29 марта 1721 года, практически год спустя. (Историки до сих пор не могут сойтись во мнениях, что же именно послужило причиной столь длительной отсрочки. В сущности, смертный приговор мог быть вынесен практически чуть ли не по любому эпизоду пиратской деятельности Вейна!)
Чарльзу Вейну присудили смерть через повешение. Перед тем как принять казнь, он не выказал даже малейших признаков раскаяния. После смерти его тело в назидательных целях было повешено на всеобщее обозрение прямо у входа в гавань Порт‑Ройяла.

Капитан Холфорд арестовывает Чарльза Вейна

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Эдвард Лоу (1690? – 1724?), которого больше знали по кличке «Нэд Лоу», был британским пиратом, предпочитавшим грабить суда в Карибском море и в Атлантике. Его запомнили как редкостного садиста, изуверски пытавшего свои жертвы. За свою карьеру Лоу захватил свыше 100 кораблей.
Он родился в Лондоне в семье воров и ранние годы своей жизни провел в полной нищете. Родители, обитавшие в мерзких трущобах, боялись, что младенца могут утащить крысы, а потому брали его «на дело» с собой; перед выходом Лоу запихивали в плетеную корзинку, что была приторочена к спине его брата. По ходу дела брат умудрялся сдергивать с зазевавшихся прохожих шляпы, а то и парики. Он вообще был ужасным прохвостом и скоро закончил жизнь на виселице, не успев преподать Эдварду всех уроков жизни.
Эдвард Лоу воспитывался на улицах, среди преступников. Поэтому не стоит удивляться тому, что он впитал в себя все самое худшее, что мог. Он практически не мог изъясняться нормально, не сквернословя. Обладал крайне неуравновешенным характером и мог в любой момент затеять безобразную драку. Очень рано в Лоу пробудилась склонность к мошенничеству. Говорили, что он даже получил известность в соответствующих кругах как знатный карманник. Кроме того, в нем жила неистребимая страсть к азартным играм. А еще он любил облагать особым налогом своих сверстников – за право проживания в его районе; если кто‑то отказывался ему платить, Лоу забивал его до полусмерти.
Устав шнырять по карманам и воровать по мелочам, Лоу вознамерился перейти в более серьезную весовую категорию и пристрастился к кражам со взломом, которые сулили гораздо больше добычи. Его активность начала привлекать внимание стражей правопорядка, да и годы уже «поджимали». Попадись Лоу в руки полицейских, ему присудили бы по полной, и он, скорее всего, был бы казнен, как ранее – его брат. Повторять участь собственного брата у Эдварда Лоу не было никакого желания, и он решил сбежать… в Америку.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

(Чарльз Эльмз в своей «Книге пиратов» (1837) отмечает, что в Америку Эдвард Лоу отправился вместе с братом. Судя по всему, речь идет о младшем брате Лоу.)

Итак, всеми правдами и неправдами оказавшись на корабле, в 1710 году Лоу выполнил свое намерение. Он вместе с братом колесил по Штатам около четырех лет, прежде чем прочно осел в Бостоне (штат Массачусетс), перепробовав перед этим множество профессий. Избрав Бостон в качестве своего постоянного места жительства, Лоу отправился в Англию, чтобы навестить свою мать и рассказать ей о своих успехах. Гостил на родине он недолго и скоро вновь вернулся в Бостон.
12 августа 1714 года он женился на некой Элизе Марбл. Их венчание состоялось в Первой церкви Бостона. У них родилось двое детей: сын, умерший еще в младенчестве, и дочь Элизабет, появившаяся на свет зимой 1719 года и стоившая жизни своей матери. Лоу остался один с дочерью. Кончина жены потрясла его. Говорят, что впоследствии, когда Лоу уже стал матерым пиратом, он наотрез отказывался принимать в команду женатых молодцов, у которых на берегу оставались дети. Всегда сокрушаясь о дочери, которую он предоставил своей судьбе, Эдвард Лоу, даже будучи психопатом и садистом, не оборвал ни одной женской жизни; все его пленницы рано или поздно благополучно достигали родного дома.
Очень скоро Лоу ощутил в себе желание стать моряком. Поначалу его труд был вполне легальным: он нанялся на такелажные работы, и в его обязанности входило заботиться о снастях корабля. Однако напряженный труд и сравнительно мизерная оплата вскоре привели к тому, что Лоу замыслил переквалифицироваться. Вдобавок он крепко поссорился с мастером, поскольку не терпел никакой критики в свой адрес. В 1722 году Эдвард Лоу сколотил своего рода банду, которая подрядилась на шлюп, следовавший в Гондурас, где предполагалось добывать кампешевое дерево с последующей доставкой его в Бостон для выгодной продажи. В обязанности Лоу входило осуществлять и контролировать погрузку. Однажды, ощутив сильный голод, он подплыл с очередной порцией древесины на лодке к кораблю и собрался подняться на борт. Капитан судна преградил Лоу путь и заявил, что на еду он еще не заработал и ему вполне хватит глотка рома, выданного поутру. Лоу выслушал капитана. Потом он поднял заряженный мушкет и выстрелил в него, но промазал. Следующим выстрелом он сразил матроса, вышедшего на палубу. Пуля попала бедняге прямо в горло, и он почти мгновенно испустил дух. На корабле поднялась страшная заваруха, и Лоу со своими единомышленниками пришлось спасаться бегством. О возвращении на корабль теперь не приходилось и думать. Днем позднее Лоу и его банде, насчитывавшей 12 человек, среди которых, между прочим, был Фрэнсис Фаррингтон Сприггз, будущий известный пират, удалось напасть и захватить шлюп. Произошло это у побережья Род‑Айленда. На шлюпе тотчас же подняли «Веселого Роджера», и он превратился в пиратский корабль. Эдвард Лоу, естественно, был торжественно избран его капитаном.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Так для него началась жизнь морского корсара.
Первой «пробой сил» для Эдварда Лоу стал род‑айлендский шлюп. Разграбив его, Лоу приказал уничтожить на ограбленном корабле все снасти, чтобы корабль не мог быстро достичь порта и сообщить о нападении и о том, кто его совершил. Затем пираты двинулись к Порт‑Розмари, где в гавани смогли ограбить сразу же несколько торговых судов. Оттуда Лоу проследовал к Каймановым островам. Именно там произошла его встреча с маститым пиратом Джорджем Лоутером, плававшим на «Счастливом даре», внушительном и хорошо вооруженном шлюпе водоизмещением в 100 тонн. Видимо, несмотря на невероятно успешное начало, Эдвард Лоу ощущал необходимость подучиться морским навыкам. А у кого он мог их получить? Естественно, у опытного моряка, каким являлся Лоутер; уж тот‑то несомненно мог их ему преподать, если бы захотел. Пообщавшись с ним, Лоу добился того, что Лоутер взял его на корабль в качестве лейтенанта. Так начались их совместные рейды. Кстати, своих молодцов Лоу не бросил, прихватив с собой. Особенно же он уделял внимание Фрэнсису Сприггзу, видимо чувствуя внутри, что у парня большой потенциал – в плане пиратского будущего. Именно Лоу познакомил Сприггза с азами пыточного дела; в частности, он обучил его одному из своих любимых фокусов: пальцы на руках жертвы тщательно обматывают промасленной бечевкой, а потом поджигают. В итоге пламя прожигает всю плоть, достигая костей. Сприггз с увлечением усваивал полезные навыки, горя желанием испытать их на практике. Так все и шло: Лоу обучался мореходному делу и затейливым пиратским тактикам у Лоутера, а сам, в свою очередь, обучал садистским приемам своего юного протеже. У Антильских островов «Счастливый дар» был подожжен индейцами из племени таино, и пиратам пришлось перебраться на «Рейнджер», ставший новым флагманом.
Больше всего Лоу в Лоутере поражало его магическое умение притягивать к себе людей. Пираты просто заходились от желания служить ему, стремились попасть в его команду. Вот почему проблем с численностью экипажа у Лоутера никогда не было. Затем последовала целая череда успешных рейдов, во время которых всем было чему поучиться у своего знаменитого главаря. Не был исключением и Эдвард Лоу, чья квалификация как пирата буквально росла не по дням, а по часам.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Среди богатых трофеев, захваченных Лоутером, оказалась «Ребекка» – достаточно крупная бригантина с шестью пушками на борту. А ее быстроходности мог бы позавидовать любой корабль! Это произошло 28 мая 1722 года. Подумав, Лоутер предоставил судно Лоу, заметив, что для него пришло время действовать самостоятельно. Он научил его всему, что знал и умел. Пусть Лоу берет «Ребекку» и начинает свой первый, действительно капитанский, рейд.
Расставшись с Лоутером, Эдвард Лоу отплыл далеко на север, к Новой Шотландии (Канада). Там он внезапно напал на 13 рыболовецких судов, бросивших якорь у берега. Подняв «Веселого Роджера», Лоу заорал, огласив хриплым криком бухту, что всем, кто откажется повиноваться, грозит верная смерть. Неожиданность появления пиратов в этих спокойных водах и жуткий рев Лоу так угнетающе подействовали на психику канадцев, что они, совершенно деморализованные, решили сдаться. Лоу проследил, чтобы трюмы всех тринадцати судов были полностью опустошены. Потом он решил подобрать себе новый флагман, поскольку «Ребекка» его уже не устраивала. Среди кораблей в гавани ему больше всех приглянулась 80‑тонная шхуна, которую он окрестил «Каприз», поручив командовать ею юному Чарльзу Харрису. Остальные корабли рыбаков были им сожжены. Какая‑то часть их экипажа была насильно присоединена к пиратской команде.
Сохранились воспоминания одного из этих моряков, Филиппа Аштона, поневоле оказавшегося среди пиратов. Ему удалось сбежать в мае 1723 года у Роатан‑Айленда, что неподалеку от Гондураса. Он подробно описал, как его били, полосовали плетьми, держали в тяжелых цепях, постоянно угрожали смертью. Все это делалось для того, чтобы Аштон подписался под сводом правил, составленных самим Лоу, и присоединился к пиратам. Поскольку Аштон не желал подчиняться, пытки происходили ежедневно, причем при полном одобрении и живейшем участии команды.
Что же это были за правила?
О, они настолько характерны, что заслуживают быть приведенными полностью!

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Правила Эдварда Лоу, предписанные для пиратов
Правило 1. Капитан всегда получает две полные доли добычи. Квартирмейстер – долю и еще половину. Доктор, помощник капитана, бомбардир, боцман – долю и еще четверть.
Правило 2. Тот, кто будет повинен в проносе на судно недозволенного оружия или же посягнет на часть трофеев, примет суровую кару, каковую сочтет надлежащей капитан вкупе с большинством команды.
Правило 3. Тот, кто проявит трусость в ходе боевой операции, примет суровую кару, каковую сочтет надлежащей капитан вкупе с большинством команды.
Правило 4. Тот, кто утаит золото, серебро драгоценности или же другие товары стоимостью свыше испанского доллара, в течение 24 часов примет суровую кару, каковую сочтет надлежащей капитан вкупе с большинством команды.
Правило 5. Тот, кто будет повинен в азартных играх или же попытках обмануть друг друга на сумму свыше золотого пиастра, примет суровую кару, каковую сочтет надлежащей капитан вкупе с большинством команды.
Правило 6. Тот, кто будет иметь несчастье получить ранение во время схватки, вправе получить сумму в 600 испанских долларов и оставаться на берегу столь долго, сколь необходимо для полного восстановления.
Правило 7. В случае реальной нужды всегда выделяется достойное пособие.
Правило 8. Тот, кто первым увидит корабль, годный для захвата, получает лучший с него пистолет или что‑то из малого вооружения.
Правило 9. Тот, кто окажется пьяным во время схватки, примет суровую кару, каковую сочтет надлежащей капитан вкупе с большинством команды.
Правило 10. Воспрещается стрелять в трюме.
Из этих правил можно достаточно легко заключить, какие нравы царили на тогдашних пиратских кораблях.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Стид Бонне (1688 – 10 декабря 1718 г.) – маститый британский пират, еще один из «золотой двадцатки», кто принял насильственную смерть. Он грабил корабли в Атлантическом океане и, конечно же, в Карибском море. Помимо своих успешных рейдов, принесших ему изрядную добычу, Бонне вошел в историю как корсар, не побоявшийся войти в конфликт с самим Эдвардом «Черной Бородой» Тичем, пиратом из пиратов! Кроме того, он, пожалуй, единственный, кто, будучи преуспевающим плантатором, вдруг решил связать свою жизнь с грабителями морей.
Стид Бонне родился в городе Бриджтаун на Барбадосе в респектабельной и богатой английской семье Эдварда и Сары Бонне, крестивших своего младенца 29 июля 1688 года. После кончины в 1694 году своего почтенного родителя, Стид Бонне в шестилетнем возрасте стал наследником всего семейного состояния. Процветание семьи Бонне, к слову сказать, зиждилось на умелом управлении плантациями, занимавшими площадь свыше 400 акров (примерно 1,6 км²).
Стид Бонне получил очень неплохое образование – достаток вполне позволял ему это. Когда Стид достиг 21 года, он предпринял два весьма серьезных шага. Во‑первых, он покончил со своей холостяцкой жизнью и женился. Его избранницей стала некая Мэри Алламби. Их свадьба состоялась 21 ноября 1709 года. Впоследствии у Стида и Мэри родилось четверо детей: трое мальчиков (Алламби, Эдвард и Стид) и одна девочка, Мэри. Старший сын Стида Бонне Алламби умер рано; его кончина произошла в 1715 году.
Во‑вторых же, Бонне решил научиться держать оружие в руках, для чего поступил в ряды муниципальной милиции. Он достаточно быстро дослужился до чина майора. Некоторые историки допускают, что стремительным ростом карьеры Бонне был обязан своему статусу крупного землевладельца; всем прекрасно было известно о том, что на его плантациях использовался труд рабов. А среди основных функций милиции на первом месте стояло подавление восстаний рабов.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Таким образом, Стид Бонне преуспевал как плантатор, способствовал поддержанию порядка и планировал семейную жизнь на годы вперед.

Первое время все шло отлично. Однако вскоре начались проблемы. Обнаружилось, что достойная супруга Бонне, до замужества слывшая кроткой овечкой и смиренной голубицей, на деле обладает крайне отвратительным сварливым характером. Вместо душевной отрады, Бонне в кругу семьи был вынужден постоянно испытывать мучительный душевный дискомфорт: скандалы в доме стремительно входили в обыкновение. А тут еще и служба, манившая захватывающими приключениями, оказалась тупой и, в значительной мере, бессмысленной рутиной.

Душа Стида Бонне отчаянно нуждалась в свежем ветре перемен. Стоит добавить, что он всегда мечтал плавать по морям и океанам, и лишь полное отсутствие профессиональных навыков мешало ему покинуть сушу.
Устав от постоянных нападок злющей фурии, приходившейся ему супругой, и не видя смысла в дальнейшем пребывании в рядах милиции, Стид Бонне понял: пора что‑то решать. Он начал зубрить руководства по морскому делу, одновременно приглядывая себе подходящий корабль. Просто плавать Бонне уже не хотелось: он нуждался в кардинальных переменах! А потому сменить скучную жизнь плантатора на волнующую жизнь пирата казалось ему самым правильным.
К лету 1717 года все было готово. Бонне поднаторел в знании морского дела, а заодно присмотрел для себя подходящее суденышко. Ему было 25 лет, он был здоров, полон сил и неистово жаждал приключений. Купив понравившийся ему 10‑пушечный шлюп, Бонне назвал его «Месть» – согласитесь, далеко не случайное название. Однако если имеется корабль, то нужна и команда.
Стид Бонне оперативно набрал экипаж, численность которого составила 70 человек. Команда подбиралась им с учетом того, чтобы активно заниматься пиратским ремеслом. Можно представить себе, из кого она состояла. Для того чтобы держать всю эту ораву в повиновении, а также добиться того, чтобы они грамотно управляли кораблем, Бонне пришлось специально нанять квартирмейстера, который бы помогал в решении всех проблем (кстати, он вообще предпочитал платить экипажу фиксированное жалованье, вместо предоставления доли от добычи, что было очень непривычно). Команда с первого взгляда уловила, что у Бонне нет никакого практического морского опыта, а потому хоть и повиновалась, но не слишком уважала. Как бы то ни было, но Стид Бонне перевернул докучную страницу старой, опостылевшей жизни и ринулся навстречу новым впечатлениям!

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

«Месть» Бонне взяла направление к юго‑восточному побережью страны, которая сегодня известна как США.
В районе Нью‑Йорка, возле Виргинии и у берега Северной Каролины «Месть» настигла целый ряд торговых кораблей, обеспечив себя вполне приличной добычей. Жертвой пиратов также стал барбадосский шлюп «Турбет», сожженный Бонне, который стремился, чтобы известие о его «подвигах» на море не достигло Барбадоса, осложнив жизнь его семьи (характерно, что Бонне в свое время пришлось отплывать тайно, под пологом ночи; в противном случае охрана порта, обнаружив, из кого состоит его команда, ни за что не позволила бы «Мести» выйти в море). Чтобы хоть немного перевести дух после столь впечатляющего дебюта, Стид Бонне вознамерился взять небольшую паузу. Когда люди отдохнули, а корабль был приведен в порядок (с этой целью были использованы материалы с еще одного захваченного барбадосского шлюпа, остатки которого потом также были сожжены), Бонне собрался наведаться в Гондурасский залив.
Наступила весна 1718 года.
В марте произошла историческая встреча Стида Бонне с непререкаемым боссом пиратского мира Эдвардом «Черной Бородой» Тичем. Черная Борода мог позволить себе диктовать условия: по сравнению со здоровенной «Местью Королевы Анны», имевшей 40 пушек, «Месть» Стида Бонне выглядела чуть ли не скорлупкой. Итог встречи двух корсаров показателен: Стид Бонне, уже успевший сжиться с ролью пиратского капитана, вмиг лишился своего любимого корабля; Эдвард Тич назначил своего человека (Робертса) управлять его кораблем.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Стид Бонне заявил претензии: ведь он тоже пират, как же можно с ним поступать подобным образом? Черная Борода посоветовал ему привыкать к своему новому положению, посулив, впрочем, предоставить ему более значительную долю при дележе добычи. Бонне постоянно докучал Тичу требованиями соблюсти справедливость. Черная Борода, которому все это уже начало надоедать, в июне возвратил Стиду Бонне его «Месть» (это скромное судно, конечно же, не могло представлять для него серьезного интереса), но и только! Причем нужно помнить, что еще при захвате «Мести» Черной Бороде досталась вся добыча, что была на борту. И хотя Черная Борода обещал Бонне долю от «новых поступлений», но он и не подумал выполнить свое обещание.
Итак, Стид Бонне оказался на судне без орудий и с горсткой людей, оставшихся от прежней команды.[1]
Вы думаете, он смирился?!
Да ни в коей мере!
У Бонне мгновенно созрел план.
Ему были необходимы новые орудия и новые люди.
Кто мог ему их предоставить, причем достаточно быстро?
Власти! А именно – Чарльз Иден, губернатор Северной Каролины, побережье которой не так давно было опустошено «Местью» Бонне.
Бонне, нисколько не смущаясь фактом того, что прежде рьяно пиратствовал во владениях губернатора, прибыл к нему и повинился во всем, заявив, что осознал все свои прегрешения и хочет искупить их, нанеся самый чувствительный урон пиратам в этом регионе. Губернатор оказался настолько наивен, что поверил ему! Не исключено, что на руку Бонне сыграла и изменившаяся политическая ситуация: Британия начала войну с Испанией. Губернатор назначил Бонне капером, вручив соответствующую лицензию, и помог обеспечить его кораблю должное вооружение. «Месть», как предписывалось официальной процедурой, превратилась в «Ройял Джеймс», а сам Бонне отныне утрачивал свое имя и должен был откликаться на имя: Томас. Именно так: капитан Томас! Новоявленному капитану Томасу надлежало в кратчайший срок отправляться в Гвинейский залив у Западного побережья Африки. Конечным пунктом назначения был остров Сан‑Томе, принадлежавший Португалии и являвшийся традиционным местом стоянки для кораблей, следовавших в Африку и обратно. Частенько захаживали в этот район и пираты (стоит вспомнить, что в декабре того же, 1718 года у острова Принсипи, находившегося всего в 140 километрах от Сан‑Томе, еще предстояло трагически погибнуть знаменитому пирату Хоуэллу Дэвису!). Так что возле Сан‑Томе капитан Томас с лицензией капера имел все основания рассчитывать на хороший улов.
Бонне‑Томас, толком не успев поблагодарить губернатора, мгновенно покинул бухту, устремившись… в неизвестном направлении. Впрочем, не известном только губернатору Северной Каролины. Сам‑то Бонне прекрасно знал, куда направляется: он собирался отомстить Черной Бороде! Тот должен был поступить по справедливости и вернуть ему всю добычу! В противном же случае Бонне был готов затеять смертельную схватку и биться до конца. Однако, несмотря на то что Бонне буквально не жалел парусов, догнать эскадру Эдварда «Черной Бороды» Тича он не сумел…

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Не увенчавшаяся триумфом погоня, тем не менее, отнюдь не повлияла на желание Бонне вести жизнь пирата. Забыв о Черной Бороде, Бонне отправился на «Ройял Джеймсе» сначала к берегам Виргинии, а потом к заливу Делавэр. Намереваясь как можно быстрее восполнить потери, Бонне не брезговал никакой добычей, грабя всех подряд. Трюмы «Ройял Джеймса» стремительно наполнялись золотом, серебром и прочими ценностями.
Между тем лето подходило к концу. На исходе августа Бонне отплыл с мыса Фиер‑Ривер (Северная Каролина), где понадобилось сделать стоянку, поскольку «Ройял Джеймс» эксплуатировался с такой интенсивностью, что уже явно нуждался в безотлагательном ремонте. Освеженный корабль Бонне продолжил нападать на торговые суда. Происходило это уже у побережья Южной Каролины, и вести о бесчинствах пиратов быстро достигли Чарлстона. Губернатор Роберт Джонсон был просто вне себя и поручил полковнику Уильяму Ретту, который считался отличным специалистом по пиратам, схватить Бонне. Это был тот самый Уильям Ретт, который, в частности, участвовал в преследовании известного пирата Чарльза Вейна. С Вейном полковника Ретта постигла досадная и позорная неудача, и теперь он горел желанием реабилитировать свое имя.
В ведении Ретта находились два неплохо вооруженных шлюпа с опытной командой. Ретт в течение месяца пытался поймать Стида Бонне, но настиг лишь 8 октября 1718 года. Бонне, судя по всему, никак не ожидал нападения, причем с численным перевесом. Однако он принял сражение. Бой с переменным успехом продолжался около пяти часов, однако финал его, увы, сложился не в пользу «Ройял Джеймса». Несмотря на то что Бонне потерял всего лишь 9 человек из команды, в результате орудийного обстрела с двух сторон жизненно важные узлы его судна были повреждены, и дальнейшее сопротивление не имело смысла. Бонне сдался, был взят под арест и доставлен в Чарлстон. Он попал в одну камеру с Дэвидом Хэрриотом, штурманом, и Игнатиусом Пеллем, боцманом. Бонне и Хэрриот были несгибаемы; давать признательные показания их нипочем не смогли бы заставить. А вот с боцманом дело обстояло иначе. Он вдруг очень забоялся смерти, а потому сломался, решив признаться во всем. Он сдал практически всех пиратов, ну и, конечно же, самого капитана Стида Бонне. После его показаний их всех ждала смерть, и Пелль это прекрасно знал. То что их насильственная кончина неминуема, стало теперь ясно и Бонне с Хэрриотом. При аресте их не слишком внимательно обыскивали, поэтому у Бонне еще имелось при себе золото. Этим золотом ему удалось 24 октября подкупить стражу, позволившую им бежать в ночи. Пираты благополучно добрались до берега, схватили первую попавшуюся лодку и вышли в море, надеясь укрыться на острове Салливана.
Ретт был начеку, а потому почти сразу же узнал о побеге. Была немедленно организована погоня, и беглецов настигли. В завязавшейся перестрелке Хэрриот был убит. Бонне, преодолев его ожесточенное сопротивление, вновь посадили под стражу. Судебная машина была уже запущена, и 10 ноября состоялось оглашение приговора. Стида Бонне и 29 членов его команды за пиратскую деятельность приговорили к казни через повешение. По иронии судьбы, вынося приговор Стиду Бонне, судья Николас Трот особо заклеймил его за то, что тот, получив, в отличие от своих товарищей по оружию, прекрасное образование, приличествующее человеку его круга, дерзко преступил все законы общества, давшего ему практически все: богатство, положение в свете и проч. По мнению судьи, если простые полуграмотные пираты еще могли бы претендовать на прощение, в силу своей непросвещенности и отсутствия воспитания, то их капитан уж точно не имел права на милосердие суда. Бонне все‑таки решил использовать свой последний шанс и отправил губернатору Роберту Джонсону прошение о помиловании. Тот категорически отказал, окончательно утвердив приговор суда. Теперь надеяться было не на что. Казнь Стида Бонне и его людей была приведена в исполнение 10 декабря 1718 года. Из всего экипажа «Ройял Джеймса» уцелело лишь четверо: это был уже упоминавшийся Игнатиус Пелль, первым начавший сдавать властям своих товарищей, и еще трое пиратов, которые предпочли жизнь верности пиратскому уставу.

Казнь Стида Бонне

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Хоуэлл Дэвис (1690–1719 гг.) – прославившийся своими подвигами в Атлантике и на Карибах пират. Он не в пример прочим пиратам был весьма образован и отличался удивительным артистизмом и обаянием. Ходили целые легенды о том, как он мог расположить к себе самых недоверчивых людей. Дэвис с блеском демонстрировал, что желаемого можно достичь не только при помощи пушек, сабель и пистолетов. Он виртуозно блефовал; обладая даром до неузнаваемости изменять свою внешность и перенимать манеру чужого поведения, Дэвис мог сойти за кого угодно, чем, собственно, и пользовался. Так, под видом пожилого зажиточного торговца он мог легко сойтись в таверне с готовящимися к выходу в море купцами и под «великим секретом» раскрыть им наиболее безопасный путь, известный якобы лишь ему. Когда же купившиеся на блеф Дэвиса незадачливые коммерсанты следовали его рекомендациям, их в условленном месте уже с веселым нетерпением поджидали пираты! Не брезговал Хоуэлл Дэвис, кстати, и подкупом, благодаря чему всегда был в курсе самых горячих новостей. Его карьера пиратского капитана продлилась совсем недолго – менее года, однако он оставил по себе неизгладимую память.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Хоуэлл Дэвис родился в Милфорд‑Хейвен (Пемброкшир, Уэльс). Его с детства влекло к себе море, а потому он избрал для себя морскую карьеру. Служба протекала спокойно, без серьезных осложнений. Дэвис был доволен: его мечта, казалось, свершилась, но вместе с тем он никак не мог избавиться от ощущения, что жизнь вот‑вот преподнесет ему неожиданный сюрприз. Так и вышло!
В 1718 году Дэвис уже служил помощником капитана на бристольском невольничьем шлюпе «Кароган», направлявшемся на Барбадос. Шлюп был захвачен Эдвардом Инглэндом, который, проникшись к Дэвису, назначил того капитаном «Карогана». Дэвис, начав самостоятельное плавание, собирался корабль продать, чтобы на вырученные средства приобрести надежный быстроходный бриг. Однако среди экипажа «Карогана» никто, кроме Дэвиса, не желал становиться пиратом; люди возроптали и потребовали, чтобы корабль следовал к пункту назначения. Дэвису не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться. По прибытии на Барбадос на Дэвиса был подан донос властям, и он на три месяца угодил за решетку.
Будучи в заключении, Дэвис окончательно решил стать пиратом. Когда он вышел на волю, ему стало известно о демарше печально известного губернатора Багамских островов, отличавшегося непримиримой ненавистью к морским корсарам. Губернатор, у которого явно сказывалась нехватка мало‑мальски обученных кадров, принимал раскаявшихся пиратов на службу, составляя из них столь необходимые экипажи. Тем самым у буканьеров появлялась реальная возможность заполучить в свои руки целый корабль! Понятное дело, не все отваживались пойти на риск, да и экипаж для каждого судна подбирался с учетом того, чтобы между простыми моряками и отбывшими наказание пиратами существовал необходимый баланс.
Дэвису крупно повезло: команда шлюпа «Олень», на которое его направил сам губернатор, почти поголовно состояла из бывших пиратов.
Впрочем, разве бывают на свете бывшие пираты?!
Если это в крови – то уже навсегда!!!

Итак, губернаторский шлюп покинул Багамы и вышел в море. Он еще не достиг и Мартиники, как на борту – естественно, в первую очередь, благодаря Дэвису – произошел бунт. Поскольку Дэвис выказал безусловные лидерские качества, команда единогласно решила сделать его своим капитаном! Дэвис, наконец‑то дорвавшийся до капитанского мостика, проревел команде свой первый приказ: «Мы отомстим всему миру!» Пираты, беспрестанно осушавшие огромные кубки пунша, были в восторге и клялись Дэвису пойти за ним хоть в геенну огненную…

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Протрезвев, Дэвис приказал двигаться к Эспаньоле (Гаити). Курс был взят верный. Севернее Эспаньолы добычей Дэвиса и его экипажа из 35 душ стали сразу же два крупных торговых французских корабля. Между прочим, Дэвис и тут не устоял перед своей извечной страстью к розыгрышу. Первый корабль едва еще только стал добычей пиратов, как Дэвис приказал, чтобы пленные французы сгрудились у борта и неистово махали бы руками; некоторым из них даже оставили сабли. При этом на захваченном корабле тут же подняли так называемый «флаг» – безобразную грязную тряпку, вполне способную сойти издали за «Веселого Роджера». Результат не замедлил сказаться: второй корабль чуть погодя сдался вообще без боя! Из‑за сравнительно большого расстояния французы сочли, приняв своих соотечественников за пиратов, что… сопротивляться такой многочисленной команде пиратов просто бессмысленно. Так небольшой команде Хоуэлла Дэвиса на скромном шлюпе практически сразу же досталась большая добыча и сразу же два корабля. Естественно, пираты не могли не отдать должного капитану, лишний раз уверившись в справедливости своего выбора. Жизнь теперь стала казаться им невероятно легкой и увлекательной, а при мысли о том, сколько еще кораблей на океанских просторах ждут не дождутся, чтобы их взяли на абордаж, им хотелось немедля двигаться дальше.
Капитан Дэвис не обманул их ожиданий.
«Олень» взял курс на Острова Зеленого Мыса. И тут обстоятельства явно сыграли пиратам на руку. Непонятно даже почему, но губернатор островка Сан‑Николау (Острова Зеленого Мыса, или Кабо‑Верде), принадлежащего Португалии, едва взглянул на «Оленя», как тотчас уверился, что это непременно… английский капер , охотящийся за пиратскими кораблями. Для таких почетных гостей он, понятное дело, тотчас же организовал праздничную встречу с деликатесами и возлияниями. Славно попировав, запасшись провизией и пресной водой, «Олень» проследовал к островам южной части архипелага, избрав в качестве цели для набега островок Маю. Пираты не только обчистили трюмы всех кораблей, что застали в гавани, но еще и устроили вольный набор в отряд грабителей морей. Огромное количество людей, даже не раздумывая, пожелали примкнуть к пиратам. Желающих было так много, что возник вопрос: куда ж их теперь всех девать? Хоуэлл Дэвис, подумав, принял самое разумное решение: один из обобранных им только что кораблей был переименован в «Сент‑Джеймс» и присоединен к «Оленю». Таким образом, под началом Дэвиса оказалась уже небольшая эскадра. Кстати, на «Сент‑Джеймсе» было установлено 26 орудий, что делало его достаточно грозным кораблем.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

С Островов Зеленого Мыса пиратская эскадра направилась к берегам Гамбии. Их целью был форт Королевской Африканской компании. Блестящий розыгрыш, в который Дэвис вовлек командующего фортом, безусловно, стал одним из его шедевров. Форт был невольничьим: там собирали рабов для дальнейшей их отправки в разные страны. Когда корабль бросил якорь в гавани, Дэвис в пышном одеянии, сопровождаемый парой наиболее благообразных пиратов, также переодетых, отправился на сушу и легко убедил начальника форта в том, что он сам – знатный вельможа, и более того, что у них – в некотором роде – общий бизнес. После этого пират галантно предложил своему собеседнику закрепить столь неожиданное и приятное знакомство посещением званого обеда, который уже ожидает их на борту. Вот бы начальнику форта насторожиться, не спешить! Какое там: он с готовностью согласился, предвкушая изысканное и роскошное застолье, но едва ступил на борт, как был немедленно захвачен пиратами, а за его голову был затребован огромный выкуп. И этот выкуп (‡ 2000 золотом) был, понятное дело, выплачен пиратам. Следует добавить: самому Дэвису собственный розыгрыш так понравился, что он впоследствии неоднократно повторял его – почти всегда с неизменным успехом.
Через какое‑то время произошла встреча пиратской эскадры Дэвиса с кораблями авторитетных буканьеров Ла Буше и Томаса Коклина. Было затеяно застолье, на котором возникло предложение объединить свои силы. Это давало возможность создать непобедимую по силе эскадру, перед которой никто не сможет устоять. Предложение было действительно интересным, хотя многие моменты было необходимо детально обсудить. Например, а кто, собственно, эту эскадру возглавит. Ну, с этим, как это ни странно, управились довольно быстро. Адмиралом эскадры был выбран Хоуэлл Дэвис. На радостях пираты решили отметить новое назначение, и тут вдруг (видимо, начинало сказываться количество выпитого алкоголя) возникли недоразумения и проблемы. Еще мгновение назад мирно бражничающие главари пиратов преобразились и были готовы вцепиться друг другу в горло. Дэвис, несмотря на то что был мертвецки пьян, мигом сообразил, что, если подобные инциденты возникают еще на стадии обсуждения грядущих рейдов, от идеи объединенной эскадры будет, видимо, лучше отказаться. Он в простых и доходчивых выражениях объявил это Ла Буше и Коклину, предложив расстаться с миром и двигаться далее каждый своей дорогой. Те, махнув рукой, согласились, и в итоге все завершилось благополучно.

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

На протяжении нескольких следующих месяцев Дэвису удалось взять на абордаж немало торговых судов, в основном английских. Трюмы «Оленя» и «Сент‑Джеймса» наполнились слоновой костью и золотым песком. Постоянно растущий объем добычи заставил Дэвиса отказаться от «Оленя» и взять куда более крупный 32‑пушечный «Ровер». А в июле 1719 года состоялась важная для Хоуэлла Дэвиса встреча с Бартоломью Роджерсом (подробнее о Роджерсе см. в наст. издании специально отведенную ему главу. – Авт .) – тогда еще лишь помощником капитана на невольничьем корабле; в дальнейшем ему предстояло стать знаменитым корсаром и войти в пятерку самых удачливых пиратов в истории!
У побережья Ганы Дэвис захватил сразу три английских корабля, перевозивших рабов. На борту одного и служил Робертс. Он выразил большое желание стать пиратом, заявив, что мечтал об этом всю жизнь! Статный черноволосый молодой человек, прекрасно умевший управлять судном, заинтересовал Дэвиса. Он решил взять его в учение, дабы преподать азы пиратского ремесла. Впрочем, ему самому было чему поучиться у Робертса, поскольку тот и впрямь оказался отменным навигатором. Кстати, выяснилось, что Дэвис и Робертс – земляки. Несмотря на это, Дэвис отнюдь не баловал Черного Барта (так стали звать пираты Робертса), уделяя ему равную со всеми долю добычи.
Вскоре Бартоломью Робертсу пришлось на деле продемонстрировать Хоуэллу Дэвису, насколько прилежно он усвоил его уроки. Эскадра пиратов атаковала и захватила крупный голландский бриг с богатым грузом. Одних наличных было изъято более чем на ‡ 15 000! Робертс проявил себя отлично, чем весьма порадовал Дэвиса.
Минуло несколько недель, и обнаружилось, что днище «Сент‑Джеймса» изъедено личинками. Корабль пришлось бросить, а его команда перешла на «Ройял Ровер», взявший курс на остров Принсипи (район побережья Западной Африки). Тогда этот остров являлся владением Португалии. Дэвис приказал поднять британский флаг, желая, чтобы их судно приняли за военный корабль. Он вновь решил разыграть свой коронный номер!
Так и вышло.
Пиратов впустили в гавань. План же Дэвиса был, как всегда, прост и коварен. Он намеревался пригласить губернатора острова на борт корабля под предлогом званого ужина. На самом же деле он собирался взять его в заложники, чтобы потом стребовать с Принсипи богатый выкуп. А пока что Дэвис не жалел красноречия, чтобы убедить губернатора в том, что «Ройял Ровер» – английский капер. Он так вошел в роль, что захватил оказавшийся на свою беду в гавани французский торговый шлюп – под предлогом того, что это якобы судно пиратов!

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Однако сметливым португальцам очень скоро удалось раскусить, что за гости к ним пожаловали (не исключено, что слава о том, какой Дэвис мастак блефовать, могла достичь уже и этих мест; впрочем, согласно ряду источников, губернатор Принсипи страшно боялся, что его могут обвинить в пособничестве пиратам, а потому вознамерился их погубить).
Итак, губернатор, выразив свое мнимое согласие присутствовать на ужине, предложил Дэвису перед этим отведать отборного вина из своих погребов – у себя в форте. Дэвис, не подозревая дурного, согласился и отплыл на двух лодках в форт, захватив с собой, на всякий случай, нескольких надежных молодцов из команды. При высадке на берег они были атакованы солдатами; Хоуэлл Дэвис в завязавшейся перестрелке был убит, остальных схватили. Несмотря на то что в Дэвиса угодили пять пуль, губернатор приказал, чтобы ему для пущей уверенности еще и перерезали горло.
Губернатор был уверен, что пираты, оставшись без Дэвиса, сдадутся без боя. Но не тут‑то было! Избранный капитаном Бартоломью Робертс жестоко отомстил за смерь своего друга и учителя. Он обстрелял форт и сжег его дотла.
Память о Хоуэлле Дэвисе как об одном из самых великодушных и остроумных людей навсегда осталась жить в сердцах пиратов.

Добавлено в 09:22
ВСЁ, спасибо

Самые известные пираты  "Золотого века пиратства"

Подписывайтесь на наш канал